Сказка о Проектном институте

Жил-был на свете Проектный институт — красивый, образованный и влиятельный. И была у него жена, тоже умница и красавица. Звали ее Основная функция.

Жили они счастливо, душа в душу, много лет. Разные времена были в их городе. И тяжелые и радостные, но всегда они помогали и поддерживали друг друга.

Проектный институт по просьбе Основной функции занимался типовым проектированием, привязкой оборудования и авторским надзором. А Основная функция всегда помогала Проектному институту отлично выглядеть на работе и продвигаться по службе, в компании «Проектное дело», где Проектный Институт проработал всю жизнь. 

 

Время шло, мир вокруг них менялся. Появилось много разных Заказчиков, каждый со своими требованиями. Появилось много производителей оборудования, в том числе и заморские. Работы у Проектного института становилось все больше больше.

Изменились требования к проектам, изменилось отношение заказчиков к проектировщикам. Основная функция просила своего мужа разобраться с новыми задачами, приспособиться к новым условиям работы, но Проектный институт стал нервным и раздражительным. А еще он стал иногда задумывать о том, как могла бы сложиться его жизнь если он не встретил Основную Функцию повышенными запросами.

 

И вот однажды Проектный Институт решил не заниматься впредь типовым проектированием. Слишком много требований, слишком много оборудования. Так он и объяснил своему новому начальству, которое возглавило компанию 2 недели назад… И, о чудо, начальство его поддержало. Даже сказало, что давно пора было завязывать с этой неблагодарной рутиной. Работы стало меньше, а зарплата осталась прежней. Только жена его почему-то грустно промолчала, узнав новость.

 

Жизнь шла своим чередом, в проектах появилось совсем сложное оборудование и подчиненные в отделе Проектного института потребовали отправить их на обучение и повысить зарплату.

Грустный Проектный институт пришел начальству и рассказал о своих проблемах. Начальство, хоть и было новым, но зато было гораздо умнее предыдущего, поэтому сразу нашло выход из ситуации.

 

  • Знаешь, на кого теперь свалилось твое типовое проектирование? — весело спросило начальство.
  • Нет, не знаю — ответил Проектный институт.
  • На Производителя оборудования! — сказало Начальство. — Давай на них еще настройку оборудования повесим! Я им за это немного твоих денег перенаправлю, но ты не переживай! Мы у тебя 5 человек в отделе уволим, тех которые самые требовательные. Сам ты даже больше получать станешь!
  • Здорово, так и сделаем! — сказал Проектный институт.

И уволили они 5 самых требовательных специалистов, которые по чистой случайности оказались самыми перспективными. И получилось все так, как и обещало Начальство — зарплата у Проектного Института стала больше, а работы меньше.

Только стал он замечать, что жена его, Основная Функция, стала обедать с Производителем оборудования. А еще 3 из 5 уволенных им спецов перешли на работу к Производителю оборудования.

И подумал Проектный институт — все вокруг предатели! И, что он так этого не оставит!

 

На следующий день он сам предложил Начальству перекинуть на Производителя выбор параметров его оборудования, а в его отделе уволить еще 3 проектировщиков.

И снова схема сработала! И снова зарплата Проектного института увеличилась, а объем работ уменьшился. Правда к Производителю оборудования перешло работать двое его бывших сотрудников, а жена чаще стала заходить к ним в гости. А еще его знакомые, Эксплуатация и Наладка стали как-то странно на него смотреть, при встрече.

 

Рассказал Проектный институт в своих сомнениях Начальству:

  • А вдруг я не нужен стану, если и дальше буду скидывать свою работу на других? Вдруг  коллеги уважать меня перестанут?
  • Глупый ты Проектный институт, — улыбаясь сказало Начальство. — Ты хоть знаешь в чем твоя самая главная сила?
  • В том, чтобы грамотно вести проект, проводить изыскания, выполнять расчеты и разрабатывать схемы… Ну, и в том, чтобы все нормально работало после моего контроля, — неуверенно ответил Проектный институт, чувствуя подвох.
  • Нет, Институт! Твоя главная сила в штампе! Если нет штампа на проекте, то нельзя объект строить. Если нет штампа, то деньги на реализацию не появятся и всем плохо будет. Твой штамп — основа всего нашего проектного бизнеса. Техническую часть проекта может кто угодно сделать, но оживить его можешь только ты! В этом твоя главная сила!
  • Неужели это правда? — опешил Проектный институт.
  • Верь мне! — ответило Начальство. — Пока у нас есть штамп, нас все будут уважать и бояться! Смело увольняй специалистов и сбрасывай с себя любую работу, которая раньше твоей была. Главное — штамп! Ага, ага…

 

Напрасно пыталась поговорить с мужем Основная Функция. За некоторое время Проектный институт разогнал большую часть старых специалистов, а вместо них Начальство подогнал своих менеджеров-переговорщиков, да юристов, чтобы работу искать и штампы ставить на чужие схемы. Проектный институт сначала снял с себя вторичную часть подстанций, потом установочные чертежи, потом планы ПС, потом и разрезы по ячейкам. Остались в его обязанностях только ОТР с тех. требованиями, да несколько основных разделов проекта — все остальное ему уже готовое приносили.

 

И наконец, настал день, о котором Институт в тайне мечтал. Пришел к нему, его знакомый, Генподрядчик:

  • Хочу деловое предложение тебе сделать, — хитро щурясь сказал Генподрядчик. — Хочешь за тебя всю оставшуюся работу делать буду? И ТТ разрабатывать, и генплан делать, и опросные листы на оборудование заполнять?
  • Красиво говоришь. А взамен ты что хочешь, Генподрядчик?
  • Слышал, Институт, у тебя с женой проблемы, — начал издалека Генподрядчик, крутя карандашом на столе.
  • Может и так, а тебе-то что? — буркнул Проектный институт, пытаясь вспомнить когда последний раз видел свою Основную функцию.
  • Жена мне твоя нравится. Разведись с ней, Институт. Ведь все равно давно вместе не живете. А я ее любить буду, ухаживать за ней в свет выводить. И всю оставшуюся работу за тебя стану делать.
  • Ты в своем уме, Генподрядчик? — опешил Проектный институт. — А как же жена твоя, Реализация проекта? Что она скажет?!
  • Жена у меня покладистая, Институт. Мы с ней деньги любим и ради них готовы пожертвовать своими моногамными предрассудками. Время нынче рыночное. Время больших возможностей. А твоя Основная функция связи хорошие имеет. Может и решение выгодное согласовать и оборудование любое проект протащить.
  • Так ведь не пойдет она к тебе, — прошептал Институт. — Чужой ты для нее…
  • Еще как пойдет. Я ее к себя на работу возьму. Там ее уже ждут друзья, твои бывшие сотрудники. А ты как думал, Институт? Половина твоих спецов к Производителю оборудования ушла, а другая половина — ко мне, Генподрядчику. Если откуда-то убыло, значит где-то прибыло… Так в древних трактатах написано

Хотел было возмутиться Проектный институт, вскочить на ноги, да Генподрядчику в морду дать, но понял вдруг, что не чувствует к своей Основной функции больше ничего. Тяжело было Институту с ней жить. Работать надо было много, развиваться, отстаивать свою позицию перед Заказчиком, сотрудников поддерживать, чтобы просьбы ее выполняли. Устал Проектный институт от такой жизни. Новая ему больше нравилась. Зачем надрываться, если штамп чудодейственный есть? Зачем работать, если можно не работать?

  • А забирай ты ее! — в сердцах воскликнул Института, и на следующий день подал на развод. Больше он свою Основную Функцию не видел.

 

Шло время. Начальство подкидывало все больше и больше заказов. Поначалу Проектный институт смотрел чужие схемы расчеты, проверял их и замечания выдавал. Но потом перестал успевать за всем следить. А новые сотрудники не могли ему помочь потому, что для них все это было «темным лесом». Да и смысла они в проверке не видели — деньги-то и так идут. А получение прибыли была их основная функция.

 

  • Бери больше, кидай дальше! — весело говорило Начальство. — Нам теперь этот конвейер останавливать нельзя, Институт! Мы теперь только этот умеем хорошо делать. Ну, и ладно! Проблем меньше, денег больше. Бери от жизни все!

 

И понял Проектный Институт, что в прошлую жизнь возврата нет, что стал он просто так штампы на чужую работу ставить. За всем ведь не уследишь, успевай только печатью стучать, да членство в СРО каждый год продлять.

Бывшие друзья его, Эксплуатация и Наладка, перестали с ним отношения поддерживать, только официальная переписка осталась. После «проектов» Института у них частенько несварение случалось, а иногда мутило откровенно. Старались они вопросы напрямую с Производителем оборудования и Генподрядчиком решать, а Проектный институт избегать стали. Есть штамп на документации, и ладно! Остальное своими силами сделаем.

 

А бывшая жена его, Основная функция, так к Генподрядчику и не пошла. Уволилась она из компании «Проектное дело” и стала фрилансом заниматься. Кто платит нормально и со сроками не дурит, тому она и помогала проектные вопросы решать. И Производителю поможет, и Эксплуатации, и даже Генподрядчику.

Но больше всего ей нравилось помогать таким же, как она фрилансерам, бывшим сотрудникам ее мужа. Тем кто днем на работе пашет, а вечером и на выходных халтуры делает. И знала Основная функция, что больше половины всех проектов в их городе делают именно они. Знала, но никому об этом не рассказывала

 

Единственное, что печалило Основную функцию — это то, что ошибок в проектах стало больше. Она-то понимала, в чем причина, но сделать ничего не могла. Потому, что исчезла преемственность в проектном деле и опыт, накопленный годами, не передавался молодым специалистам. Да, и типовое проектирование перестало быть актуальным вопросом, когда у каждого заказчика появилась куча взаимоисключающих требований, и когда каждый стал сам за себя. 

 

И вот однажды в Проектного института работы стало меньше. А потом еще меньше, и еще…

  • Беда, — сказало Начальство. — Проектная работа стала уходить другим компаниям.
  • Каким другим? — удивился Проектный институт. — Ведь проект только я могу согласовать. Все равно ко мне приползут за штампом!
  • Ох, и глупый ты Проектный институт, — покачало головой начальство. — Тебе же говорили, что время нынче рыночное. Теперь каждый может проектным институтом стать. Сертификат СРО на рынке продается. Требований минимум, только отстегивать успевай. А подруга твоя, Эксплуатация, Заказчика уговаривает другие компании на проектирование брать. У них якобы проектных специалистов больше. Да и Заказчик смекнул, что лучше проект в комплексе с Монтажем и Наладкой брать. Чтобы ответственный один был.
  • И что же теперь делать? — испугано спросил Институт.
  • А, хрен его знает! — ответило Начальство. — Думать надо… Ты, конечно, Институт извини, но зарплату я тебе уменьшу. С деньгами напряг. Да! Еще пару кризис-менеджеров на работу возьмем. Они хоть и много просят, зато очень грамотные ребята. Помогут нам проблемные места определить. Ага, ага…

 

Прошло еще немного времени и к снижению количества работы добавилось снижение ее стоимости. Много стало «проектных институтов» и по закону рыночного времени стоимость работ стала падать. Были правда организации, которые тендеры на ПИРы забирали по очень высоким расценкам, но никто в «Проектном деле» не понимал, как они это делают. Наверное им просто везло.

  • Не грусти, Институт, — сказало Начальство, когда в очередной раз уменьшило ему зарплату. Зато мы теперь знаем, почему у нас стало меньше денег. Кризис-менеджеры говорят — это потому ,что работы у нас меньше стало, а людей много работает. Не зря я им все-таки в прошлом месяце премии выписало, настоящие эксперты! Поэтому, Институт, увольняй половину оставшихся проектировщиков. Раз работы мало, зачем они нужны?

Хотел Институт сказать, что тогда самые основные вещи проверять некому станет, но промолчал. Потому, что превратился он из технического эксперта в приспособленца и потерял былую уверенность в переговорах. Раньше Проектный институт мог одним своим приказом остановить громадную стройку, если при авторском надзоре обнаруживать несоответствие проекту, а сейчас не мог даже со стайкой менеджеров договориться. Потому, что он сам превратился в менеджера, и менеджер из него был достаточно дерьмовый.

«Вот выгонит меня Начальство на улицу, и я больше работу не найду. Кому я такой теперь нужен? — думал Институт. — Буду и дальше выполнять все приказы Начальства. Авось оно меня не оставит в беде»

 

А положение дел в «Проектном деле» становилось всех уже. Ушли старые специалисты и молодежь перестала приходить потому, что даже учиться было не у кого. Уже и штампы ставить было затруднительно потому, что распечатывать и складывать проект оставшиеся не успевали.

И вот однажды утром, когда Проектный институт пил кофе, к нему в кабинет вбежало Начальство.

  • Я знаю как решить нашу проблему с малыми заработками, Институт! — весело закричало Начальство. — Всего одно слово! И это слово — «Кафе»!
  • Кафе? — непонимающе повторил Проектный институт. — Причем здесь кафе?
  • Ах, дорогой мой, наивный Институт. Ничего-то ты не понимаешь! Твой отдел раньше полэтажа занимал, а теперь одну маленькую комнату. Оставшиеся площади мы сдадим моему знакомому барыге под кафе. Я уже договорилось. Здание у нас солидное, в центре города. Аренда позволит нам оставить в штате менеджеров, да и тебе зарплату не уменьшим. Как тебе мое классное решение?

Проектный институт встал. В голове у него зашумело, перед глазами плясали цветные круги

  • Да ты знаешь с какого года я в энергетике?! В свое время я был единственным, кто проектировал такие подстанции. Я разработал типовые проекты, по которым вся страна строила! Ты понимаешь это, Начальство?! Я был головным институтом, когда тебя в проекте даже не было! А ты в предлагаешь открыть кафе?!
  • Да, ты не кричи так, Институт, — спокойно сказало Начальство. — Головным институтом он был… И про свои шестьдесятлохматые года на юбилеях рассказывать будешь. Ты когда последний раз проектировал нормально? Даже штамп поставить ровно не можешь, руки вон трясутся. Спецы все разбежались, менеджеров приходится за проектировщиков выдавать, чтобы сертификат СРО не забрали. Заказчик видеть тебя уже не хочет, последние полгода архивами торгуем, чтобы хоть как-то на плаву держаться.
  • Так, ведь ты меня заставило, Начальство!.. Ты меня обмануло, что штамп все решить может!.. Я не знал… Я не хотел…
  • Каждый сам решает кем он станет, Институт. И несет за это решение ответственность…Так в древних трактатах написано

 

Шло время , работы становилось все меньше… Кафе так и не открыли и здание Проектного дела пустовало. И вот однажды Новое начальство заявило о своем уходе

  • Мои столичные кураторы решили, что “Проектное дело” я развило достаточно и поэтому, на волне прекрасных показателей, я ухожу командовать на другое предприятие — автомобильный завод. Хорошее начальство везде нужно) Чао!

 

И свалило Начальство «помогать» другим предприятиям, а в “Проектном деле” наступила эпоха безвременья. Стало «Проектное дело», как чемодан без ручки — и нести тяжело, и бросить жалко. Работали в нем люди по инерции — кто потому, что привык, а кто потому, что до дома близко было. Серьезных проектов не осталось, больше расширением старых заказов жили, благо, что их в былые времена сделано было предостаточно. Осталась только вывеска с орденами Ленина, да громкое имя.

 

И вот однажды случилось ЧП — произошла крупная авария на одной из новых подстанций, которую проектировало “Проектное дело”. Плохая авария потому, что пострадало не только оборудование и не все последствия той аварии можно было исправить.

Через неделю в кабинет Проектного института вошли несколько человек в штатском.

  • Собирайтесь, поедете с нами на допрос, — не слишком любезно сообщили люди в штатском Проектному институту.
  • На какой допрос? — тупо спросил Институт. — Почему я?
  • Проект на ту подстанцию делали вы. Теперь придется ответить за ошибки. Собирайтесь!
  • Тот проект делал не я, — закричал Институт. — Я только ставил свои штампы! Я не виноват!
  • За документацию отвечает проектный институт, чьи штампы и подписи стоят на проекте, — сообщили прописную истину Институту люди в штатском. — Собирайтесь!..

 

… С криком вскочил на кровати Проектный институт. Вокруг стояла теплая летняя ночь и его жена, Основная функция, испуганно смотрела на него во все глаза.

  • Опять кошмар, дорогой? — спросила она.
  • Да… Опять… С этой реформой РАО ЕЭС, одни расстройства, — прошептал Институт.

Несколько минут в комнате стояла тишина.

  • Но, похоже, теперь я знаю как это исправить…